Мне довелось с Антоном приятельствовать, и это тот случай, когда за человеком остаётся не только память знакомых, но и целый культурный слой.
Антона Носика часто называют одним из «отцов Рунета», но за этой формулой важно видеть конкретику. Он делал русский интернет ещё до того, как тот стал рынком, профессией и средой обитания миллионов людей. 30 лет назад, в 1996 году, запустил «Вечерний Интернет» — ежедневное сетевое обозрение, один из первых русскоязычных блогов, когда самого слова «блог» ещё не было в ходу.
Он запускал Gazeta.ru, Lenta.ru, Vesti.ru, Newsru.com — медиа, которые учили страну читать новости в интернете. Обидно, что не все его проекты теперь ведут себя красиво. Данной ситуации, уверен, при Антоне Носике просто бы не возникло.
То есть он был не только автором, но и медиастроителем. Он понимал интернет как среду, где важна личность и стиль автора, способность объяснять сложное человеческим языком и умение провоцировать.
И Антон это дело любил.
Ещё его следует помнить за «Помоги.Орг» — благотворительный фонд, который он соучредил и через который помогали больным детям и медицинским учреждениям.
Антон Носик был человеком любопытным — отсюда его плодовитость как автора. Мало кто знает, что помимо знаменитого ЖЖ он, например, в конце жизни записал три десятка видео с прогулками по Италии и вел ТГ-канал «Бюро находок», который почему-то исчез из ТГ. Возможно, кто-то перехватил аккаунт. Но копии заметок доступны здесь: https://tgstat.ru/channel/@nahodki.
А ещё в 2001 году он выиграл первый Кубок «Яндекса» по поиску в интернете и получил титул «Человек, который нашёл всё».
Антон действительно умел находить новое раньше других. Добрая память.
Самый быстрый фастфуд эва выглядел так. Сегодня я пробую бутерброд с кониной в заведении Meat by Habib от Хабиба Нурмагомедова в Алма-Ате, а завтра он закрыт навсегда:
Было это в 2024 году, и теперь я решил выяснить, что всё-таки стало с этим начинанием в целом. Если коротко, рынок эту франшизу не воспринял, несмотря на мировую легендарность Хабиба.
Старт выглядел очень амбициозным. Планировали к маю 2022 года открыть 15 точек в Москве, а к концу 2023-го — довести сеть до 150 точек в пяти странах: Казахстан, Узбекистан, Киргизия, Турция, ОАЭ.
В Москве почти всё закрылось уже через год. К началу 2023 года закрылись 6 из 7 точек: «Депо», «Щёлковский», башня «Федерация» и другие; оставался один ресторан в «Городе столиц» в «Москва-Сити». Причина, которую называли эксперты, — жёсткая конкуренция фастфудов: «Вкусно — и точка», KFC, Burger King, «Теремок» и т. п.; одного имени Хабиба оказалось мало.
Российское юрлицо выглядит мёртвым. ООО «М-ИТ Групп Франчайзинг», ИНН 9703036007, по Saby: деятельность прекращена 25 мая 2026 года; до этого в 2024 году выручка была всего 56 тыс. ₽, прибыль — минус 440 тыс. ₽.
В Казахстане первая точка в Алматы открылась 27 марта 2023 года, а затем бренд продвигали как франшизу/партнёрскую модель с собственным производством и «томлёным мясом 12 часов».
Например, точка в Dostyk Plaza в Алматы на Яндекс Картах помечена как закрытая навсегда (именно там я и пробовал так называемый брэд-мит с кониной).
Судя по интернету, жива в Казахстане точка в городе Актау. Также карта говорит о наличии одной точки в Дагестане, в селе Кафыр-Кумух, Буйнакский район.
Грозный, Нальчик, Владикавказ, Пятигорск, Кисловодск, Дербент, Каспийск — действующих точек не нашёл. В поиске попадаются либо общие упоминания, либо комментарии людей «откройте у нас», либо старые материалы, но не рабочие карточки заведений.
В общем, формат любопытный, звезда мировая, но успеха не пришло.
В Советском союзе «самым человечным человеком» называли Ленина. Считалось, что он — лучший на все времена. До и после. В условиях безбожия он заменил Иисуса Христа, Магомета и Будду.
Оставалось только изменить летоисчисление. Чтобы Ильич окончательно догнал Иисуса. В Корее, кстати, так и сделали. Год рождения Ким Ир Сена (1912) стал первым годом календаря чучхе в 1997 году.
И сейчас там идёт 115-й год, если что.
Потом народ узнал, что вождь не столько любил детей, сколько ненавидел их родителей. Отношение поменялось на 180 градусов.
Слова «самый человечный человек» зазвучали как тоталитарная пропаганда, сотворение кумира из маргинала, начавшего кровавый эксперимент, сомнительность — и неуместность — которого стала со временем очевидна.
Но почему, собственно, «человечность» это что-то хорошее? Если следовать логике, «человечность» — это набор качеств, отличающих человека от других млекопитающих. И таких качеств у Ленина было намного больше, чем у других.
Он был образован, любознателен, трудолюбив, обожал философствовать, желал добра и справедливости. Но были и отрицательные черты — тоже присущие исключительно людям: фанатизм, жестокость, мстительность, властолюбие, тщеславие… И готовность убивать за идеи. Не ради еды или самообороны, как делают животные, а именно ради идеи. Исключительно человеческое качество. Так что Ленин действительно «самый человечный человек».
7-Eleven я впервые повстречал в Стокгольме в районе 2005 года. Формат показался простым и свежим, ничего подобного в России не было.
И вот умер Тосифуми Судзуки, и все пишут, что это основатель бренда. Да, но не он один. Марку начинали другие люди.
7-Eleven вырос не из супермаркета и не из сети АЗС, а из ледяного бизнеса. В 1920-е годы холодильники ещё не были обычной бытовой техникой, и Southland Ice Company в Далласе продавала людям блоки льда для хранения еды. В 1927 году сотрудник ледяной точки Джон Джефферсон Грин предложил Джо «Джоди» Томпсону продавать на ледяном складе не только лёд, но и молоко, яйца и хлеб. Это была простая, но сильная идея: человек всё равно приходит за льдом рядом с домом — почему бы не продать ему продукты первой необходимости? Так появился прообраз современного магазина у дома (convenience store).
Томпсон был важен не меньше Грина. Грин придумал формат, а Томпсон дал ему корпоративную рамку. Он стандартизировал точки: единое качество обслуживания, обучение персонала, униформа, одинаковый подход к ассортименту. В 1928 году магазины начали называться Tote’m Stores — от идеи, что покупатели «уносят» покупки с собой; в 1939 году сеть уже имела 60 точек в районе Далласа — Форт-Уэрта.
Название 7-Eleven появилось в 1946 году. Оно буквально означало часы работы: с 7 утра до 11 вечера, семь дней в неделю. Для того времени это было конкурентное преимущество: магазин открыт тогда, когда обычная лавка уже закрыта. В 1960-е компания пошла дальше: появились круглосуточные точки, Slurpee, экспансия за пределы Техаса и франчайзинг. После покупки SpeeDee Marts в Калифорнии в 1963 году Southland познакомилась с франшизной моделью, а к декабрю 1969 года сеть выросла до 3537 магазинов.
Дальше случился важный поворот: японская история фактически спасла американскую. В 1973 году Southland дала Ito-Yokado лицензию на развитие 7-Eleven в Японии, а в 1974 году открылся первый японский магазин. Архитектором японской модели стал Тосифуми Судзуки. Он сделал ставку на данные, свежую еду, быстрый оборот запасов и локальную настройку ассортимента. Его называет отцом японской индустрии convenience stores.
В США в конце 1980-х всё пошло хуже. Семья Томпсонов провела leveraged buyout, Southland получила тяжёлый долг, распродавала активы, а в 1990 году вошла в банкротство. В 1991 году Ito-Yokado и Seven-Eleven Japan вложили $430 млн и получили контрольный пакет. В 2005 году американская 7-Eleven окончательно стала частью японской Seven & i Holdings.
Сегодня это уже не просто сеть «ларьков у дома», а крупнейшая в мире система convenience retail. У 7-Eleven более 85 000 точек в 20 странах, а современная стратегия Seven & i — развивать fresh food, доставку, цифровые сервисы и глобальный бренд 7-Eleven.
Франшизная модель 7-Eleven отличается от классической схемы «заплатил паушальный взнос и роялти с оборота». Компания даёт франчайзи бренд, систему, обучение, бухгалтерские сервисы, закупочную поддержку, рекламу, управленческие инструкции, а в зарубежных операциях — также право использовать землю, здания и оборудование. Главное: плата считается не просто как процент от выручки, а как роялти/комиссия, завязанная на валовую прибыль магазина.
В отчёте Seven & i за год, закончившийся 28 февраля 2026 года, видно, насколько франчайзинг важен финансово. Общие продажи группы с учётом продаж франчайзи составили ¥16,99 трлн, то есть примерно $113,6 млрд. Но собственная выручка группы — ¥10,43 трлн, или около $69,7 млрд. Операционная прибыль — ¥423 млрд, примерно $2,83 млрд, чистая прибыль владельцев материнской компании — ¥292,8 млрд, около $1,96 млрд.
Франчайзинговые магазины дали ¥7,91 трлн чистых продаж — около $52,9 млрд. С этих магазинов Seven & i получила ¥1,28 трлн франчайзинговой комиссии — примерно $8,56 млрд. В пересчёте это около 16,2% от продаж франчайзинговых магазинов, но это не договорный процент от оборота, а расчётное отношение комиссии к продажам. По Японии комиссия составила ¥828,9 млрд — около $5,54 млрд; по 7-Eleven Inc. — ¥451,1 млрд, около $3,02 млрд.
Сегменты показывают разницу между Японией и зарубежной моделью. Японский convenience-сегмент дал ¥914,6 млрд выручки — около $6,11 млрд, и ¥222,5 млрд операционной прибыли — около $1,49 млрд. Зарубежный convenience-сегмент дал гораздо больше выручки — ¥8,56 трлн, или около $57,2 млрд, но почти такую же операционную прибыль — ¥222,2 млрд, около $1,49 млрд. Это говорит о разной структуре бизнеса: за рубежом больше топлива, корпоративных магазинов, крупных приобретений и низкомаржинальных оборотов.
Сила 7-Eleven — не только вывеска, а повторяемая система: трафик, готовая еда, логистика, данные, контроль ассортимента и формула, при которой головная компания получает крупную комиссию с валовой прибыли тысяч независимых операторов.
Bertolli — один из самых юридически интересных кейсов в этой серии. У Barilla, Lavazza и Ferrero фамилия осталась в семье. У Cadbury, Knorr и Hellmann’s фамилия ушла к одному крупному владельцу. А у Bertolli произошло другое: фамилия основателей стала разделённым активом, который живёт одновременно у нескольких операторов — в оливковом масле, соусах, замороженной еде и спредах.
1. Краткая история основания
История начинается в 1865 году в Лукке, Тоскана. Francesco Bertolli и его жена Caterina открыли небольшую бакалейную лавку под своим домом и продавали региональные продукты: вино, сыры, оливки и оливковое масло. Официальная история бренда подчёркивает именно эту связку: Тоскана, простые продукты, семейная лавка, качество ингредиентов.
Уже в 1875 году Bertolli получил важнейший для будущего бренда сюжет: итальянские эмигранты в США скучали по еде с родины и просили Francesco Bertolli отправлять им ящики оливкового масла. Современная история Bertolli трактует это как превращение бренда в одного из пионеров оливкового масла на американском рынке. В 1890 году дети Francesco и Caterina взяли управление на себя и начали расширять экспорт — от Австралии до Южной Америки и Африки.
Bertolli рано понял силу не только продукта, но и образа. После Второй мировой войны компания, по собственной исторической версии бренда, активно инвестировала в рекламу имени Bertolli как «бренда» — редкая для Италии того времени практика. В 1950-е появились стеклянные бутылки и логика «buy what you see»: масло стало не безымянной жидкостью в бочке или жестяной таре, а фасованным, визуально узнаваемым продуктом.
2. Как фамилия ушла из семьи и стала активом корпораций
В конце XX века Bertolli прошёл через крупные корпоративные руки. В годовом обзоре Unilever за 1994 год сказано, что приобретение Bertolli in Italy было завершено в начале 1994 года; в том же отчёте Bertolli уже описывался как бренд оливкового масла в портфеле Unilever.
После Unilever началось дробление. В 2008 году Unilever продала бизнес оливкового масла и уксуса Bertolli испанской Grupo SOS, ныне Deoleo, за €630 млн. Сделка была устроена не как полная продажа всего имени, а как worldwide perpetual licence бренда Bertolli для оливкового масла и premium vinegar; вместе с этим ушли итальянские бренды Maya, Dante, San Giorgio и фабрика в Inveruno.
В 2014 году японская Mizkan Group купила у Unilever портфель североамериканских соусов Ragú и Bertolli за $2,15 млрд. Mizkan тогда прямо называла Ragú и Bertolli двумя известными американскими брендами, которые должны усилить её североамериканский бизнес. В релизе также указано, что Bertolli занимал вторую позицию в premium price tier в американской категории pasta sauce. (prnewswire.com)
В 2021 году оставшаяся европейская часть бизнеса Bertolli по pasta sauces, pesto и mayonnaise ушла от Unilever к нидерландской Enrico-Glasbest. Сделка включала, среди прочего, trademark rights under the Bertolli license; производство при этом осталось у существующих производителей, новых заводов Enrico не получала. (MarketScreener)
3. Нынешняя структура: один бренд, несколько операторов
Сегодня Bertolli — это не единая компания. Это брендовая архитектура, разложенная по продуктовым категориям.
Оливковое масло и уксусы ведёт Deoleo. На сайте Deoleo Bertolli указан среди ключевых брендов рядом с Carapelli и Carbonell; Deoleo называет себя мировым лидером оливкового масла. (Deoleo)
Североамериканские pasta sauces находятся у Mizkan America / Mizkan Group. Mizkan на своей странице брендов описывает Bertolli sauces как продукт, основанный на более чем 150-летней тосканской традиции, и прямо отсылает к философии Francesco Bertolli: «pure and natural ingredients» как основа хорошей итальянской еды. (Mizkan)
Frozen meals находятся у Conagra Brands. На сайте Conagra бренд Bertolli listed в портфеле компании, а в 2025 году Conagra называла Bertolli брендом №1 в authentic frozen Italian meals; при этом multi-serve skillet category оценивалась в $952 млн годовых продаж. (conagrabrands.com) (conagrabrands.com)
Спреды Bertolli находятся у Flora Food Group, бывшей Upfield. Flora Food Group прямо пишет, что Bertolli famous for spreads и доступен во многих странах; смысл этой линейки — Mediterranean olive oil, иногда в сочетании с dairy butter. (Flora Food Group)
Европейские соусы, pesto и mayonnaise после 2021 года — в контуре Enrico-Glasbest / Enrico | Roots in Good Food, но под лицензией и в отдельном европейском периметре. Это делает Bertolli почти учебным примером split ownership / split licensing: покупатель видит одну фамилию, а юрист видит несколько правообладателей и лицензиатов.
4. Кто фактически владеет правами на фамилию Bertolli
Самый важный юридический нюанс: фамилия Bertolli как товарный знак сейчас в значительной степени связана с Mizkan America, Inc. В канадской базе товарных знаков, например, словесный знак BERTOLLI зарегистрирован за Mizkan America, Inc.; там же указаны товары в классах 29 и 30, включая frozen prepared meals и frozen noodle-based prepared meals. (ised-isde.canada.ca)
В другом канадском знаке BERTOLLI SINCE 1865 & Design зарегистрированным владельцем также указана Mizkan America, Inc. Само включение «Since 1865» показывает, что юридически защищается не только фамилия, но и историческая претензия на происхождение бренда.
При этом Deoleo не просто «использует» Bertolli случайно. В доменном споре WIPO 2023 года указано, что Deoleo Global является authorized exclusive licensee worldwide для товарных знаков со словом Bertolli, принадлежащих Mizkan America, Inc., включая EU trade mark registration №001471846. То есть в масле Bertolli живёт как лицензируемое право: юридически марка принадлежит Mizkan, а Deoleo имеет эксклюзивную мировую лицензию в своей зоне. (wipo.int)
Юридическая защита строится на нескольких слоях:
Словесный знак BERTOLLI — фамилия основателей как товарный знак.
Исторические формулы: «Since 1865», «Dal 1865», «Tuscan culinary tradition».
Доменная защита: WIPO рассматривала домены вроде bertolli.blog и bertolli.store в пакете с доменами Deoleo, Carbonell, Carapelli и Sasso. (wipo.int)
Упаковка и происхождение: для масла особенно важны страна, качество, бутылка, дата harvest, extra virgin-статус.
5. Нынешние объёмы бизнеса
Отдельная глобальная выручка именно Bertolli не раскрывается, потому что бренд разбросан по нескольким компаниям. Поэтому корректно смотреть на операторов.
Mizkan Group в финансовом году, закончившемся в феврале 2025 года, имела продажи 313,8 млрд иен, operating income 20,6 млрд иен, EBITDA 37,9 млрд иен. Северная Америка — главный регион группы: 171,8 млрд иен продаж, больше половины оборота Mizkan. Именно там Ragú и Bertolli являются ключевыми брендами соусов. (mizkanholdings.com)
Deoleo в 2025 году сообщила EBITDA €50 млн, рост на 50% к предыдущему году, и чистую прибыль €20 млн после сложного 2024 года. Компания объясняла улучшение нормализацией урожая в Испании, восстановлением потребления и ростом объёмов продаж на 11%. (Deoleo)
Собственность Deoleo тоже важна: в уведомлениях о правах голоса CVC Capital Partners VI Limited указан с 56,961% голосов, то есть Deoleo — публичная испанская компания, но с сильным private equity-контролем. В совете директоров председатель — Ignacio Silva Alcalde, CEO — Cristóbal Valdés Guinea; часть proprietary directors предложена Ole Investment, B.V., контролируемой CVC. (Deoleo) (Deoleo)
Conagra Brands, где живут Bertolli frozen meals, в fiscal 2025 имела $11,6 млрд net sales, при снижении на 3,6%. Refrigerated & Frozen segment в четвёртом квартале fiscal 2025 показал $1,1 млрд продаж, минус 4,4% год к году. (conagrabrands.com) (conagrabrands.com)
Flora Food Group, где находятся спреды Bertolli, сообщила около €3,0 млрд net sales в 2025 году и около 4600 сотрудников; в 2024 году продажи составляли €3,1 млрд, а штат — около 4700 человек. (Flora Food Group) (Flora Food Group)
6. Юридические риски: «итальянскость» как сила и слабость
Bertolli силён тем, что звучит как «настоящая Италия». Но эта же сила создаёт юридические риски. Самый известный пример — американский спор вокруг маркировки оливкового масла. В 2018 году Deoleo USA согласилась выплатить $7 млн по class action, где утверждалось, что Bertolli вводил покупателей в заблуждение фразой «Imported from Italy» и/или статусом «Extra Virgin». Претензия была в том, что масло могло происходить из оливок, выращенных и отжатых в других странах, а не в Италии. (Top Class Actions)
Для серии это важный момент: фамилия основателей и тосканская история помогают продавать продукт, но право требует точности. Если на упаковке слишком сильный намёк на итальянское происхождение, а цепочка поставок глобальна, бренд рискует попасть под иск. Так память об основателе превращается не только в капитал, но и в источник compliance-рисков.
7. Может ли бизнес отказаться от имени Bertolli?
Юридически — да. Более того, история Bertolli показывает, что бизнес уже много раз мог исчезнуть как единое имя. Unilever мог оставить масло под своим зонтичным брендом, Grupo SOS/Deoleo мог развивать Carbonell и Carapelli без Bertolli, Mizkan мог переименовать американские соусы, Conagra могла убрать Bertolli из frozen meals, Flora Food Group могла заменить Bertolli на Flora или иной spread-бренд.
Но на практике от имени Bertolli не отказываются, потому что оно даёт сразу несколько выгод.
Во-первых, это готовая итальянская легитимность. Bertolli звучит не как искусственный бренд, а как фамилия реального человека из Тосканы.
Во-вторых, это история с датой. «Since 1865» работает как короткая формула доверия: бренд пережил полтора века, значит, в нём есть традиция.
В-третьих, это мост между категориями. Оливковое масло, соусы, pesto, frozen pasta, спреды — всё это можно объединить словом «Mediterranean» и фамилией Bertolli.
В-четвёртых, это юридически отчуждаемый актив. Bertolli можно продавать, лицензировать, делить по странам и категориям. Именно поэтому он пережил распад единого владельца: имя стало гибким.
8. Что позволило пронести память об основателе через 160 лет
Первое — фамилия была связана с конкретной продуктовой культурой. Bertolli — это не просто «итальянская еда вообще», а Тоскана, оливковое масло, простые ингредиенты, семейная лавка.
Второе — бренд рано вышел к эмигрантам. История 1875 года с итальянцами в Америке дала Bertolli эмоциональный сюжет: это еда, которую люди везут за собой, когда уезжают с родины. (Bertolli)
Третье — стеклянная бутылка сделала масло видимым. Логика «buy what you see» помогла превратить масло из commodity в товар с лицом. (bertollioliveoil.com)
Четвёртое — Unilever масштабировала фамилию. После покупки 1994 года Bertolli оказался в глобальной FMCG-системе. Unilever использовала его не только как масло, но и как платформу итальянской еды: соусы, маргарины, frozen meals. (Unilever)
Пятое — дробление не убило бренд. Обычно раскол прав опасен: разные владельцы могут размыть позиционирование. Но Bertolli оказался достаточно простым и сильным знаком, чтобы жить в разных категориях.
Шестое — имя стало сильнее семьи. Семья Bertolli давно не управляет бизнесом, но фамилия продолжает работать: у Mizkan как trademark, у Deoleo как olive oil-лицензия, у Conagra как frozen Italian meals, у Flora Food Group как Mediterranean spreads.
Серия про опыт иностранных компаний инспирирована историей вокруг гибели легендарной марки глазированных сырков «Б.Ю. Александров», о чём вы можете прочитать ниже:
