Рубрика: Предприниматели

Доходный дом Роберта Георгиевича Веге — один из самых дорогих и демонстративно роскошных петербургских доходных домов начала XX века.

Главным инвестором был отставной офицер и наследник крупного промышленного состояния. Его отец Георгий Иванович Веге создал Киновиевский ультрамариновый завод — первое крупное российское производство синего синтетического пигмента. До этого ультрамарин приходилось дорого ввозить из Европы. К 1896 году завод выпускал около 50 тысяч пудов продукции ежегодно и получил право изображать Государственный герб на упаковке. Таким образом, экономической основой строительства дома были не шоколад и не торговля недвижимостью, а химическая промышленность и замещение дорогого импорта.

Экскурсоводы часто называют Роберта Веге «шоколадным королём». Это эффектная, но вводящая в заблуждение легенда. У него действительно имелся небольшой пакет акций кондитерского предприятия «Жорж Борман», однако его основное состояние происходило от ультрамаринового завода. Сотрудница Музея истории Петербурга Наталия Цендровская прямо называет «шоколадную» версию поздней риелторской легендой.

Строительство как инвестиция

Веге купил участок в 1912 году. До него здесь существовала более старая застройка, восходившая к владению архитектора Василия Баженова и его наследников. Веге не ограничился переделкой прежнего трёхэтажного дома, а заказал фактически новый крупный комплекс.

Строительство велось в 1912–1914 годах по проекту Сергея Овсянникова при участии военного инженера Ивана Ставицкого. Получился шестиэтажный дом с мансардой, парадным двором-курдонёром, лифтами, отоплением, электричеством, холодной и горячей водой. Парадные лестницы отапливались, а комнаты прислуги были вынесены в мансарду. Это был не просто жилой дом, а дореволюционный вариант недвижимости класса premium.

Точная смета строительства в доступных публикациях не приводится, поэтому называть сумму в рублях было бы спекуляцией. Но по масштабу, инженерному оборудованию и отделке это явно был многолетний капитальный проект, доступный лишь крупному промышленному наследнику.

Как дом должен был зарабатывать

Дом строился не для личного проживания Веге, а для сдачи квартир. Причём заказчик сознательно отказался от дешёвого жилья во дворовых корпусах: благодаря открытому курдонёру квартиры получали больше света, а все три парадных входа выглядели одинаково респектабельно.

Целевой аудиторией были высшие чиновники, офицеры, состоятельные семьи и артисты расположенного рядом Мариинского театра. Большие квартиры, парадные лестницы, швейцары, лифты и вид на канал позволяли устанавливать высокую аренду. Первое время квартиры сдавали немного дешевле из-за сырости непросохшего нового здания; затем ставка должна была возрастать. Фактически Веге переводил промышленный капитал в элитную недвижимость, которая могла десятилетиями приносить рентный доход.

И архитектура работала как реклама. Дом напоминает флорентийское палаццо; огромные атланты, часы и ренессансные рельефы сообщали потенциальному жильцу: здесь живут люди с деньгами и положением. При этом фасад не целиком гранитный, как часто пишут: основная поверхность выполнена из тёмной терразитовой штукатурки, а гранит использован прежде всего в нижней части.

Одним из первых арендаторов был пианист и дирижёр Александр Зилоти. У него бывали Рахманинов, Стравинский, Прокофьев и Шаляпин. Сам Шаляпин в этом доме постоянно не жил — название «дом Шаляпина» является ещё одной экскурсионной легендой.

После революции

После 1917 года дом национализировали: Веге лишился и недвижимости, и возможности получать аренду, а сам эмигрировал во Францию. Большие квартиры начали уплотнять и превращать в коммунальные. В начале 1919 года семью Зилоти после обыска выселили из квартиры; вскоре она покинула Россию.

В доме открылась Центральная библиотека Второго городского района. Сюда свозили национализированные частные собрания книг, нот и рукописей. В справочниках библиотека значилась до 1922 года. Затем дом продолжал использоваться преимущественно как обычный жилой фонд. Здесь с 1934 по 1971 год жил генетик Михаил Лобашёв.

Таким образом, советская власть полностью изменила его экономическую модель: единый частный арендный бизнес превратился в государственный жилой фонд с коммунальными квартирами и общественными помещениями.

Кто владеет и сколько это стоит теперь

Сегодня единственного хозяина вроде Веге нет. Квартиры и нежилые помещения принадлежат разным собственникам, а фасады, лестницы, двор и другие общие части находятся в их общей долевой собственности. В доме насчитывается около 55 жилых помещений.

Домом управляет зарегистрированное в 1997 году ТСЖ «Доходный Дом Веге». По сведениям на июль 2026 года оно действует; за 2025 год в открытой отчётности указаны 404 тысячи рублей выручки и 311 тысяч рублей прибыли. Но это показатели самого ТСЖ, а не арендный доход жильцов и тем более не стоимость всего дома.

Недвижимость здесь снова стала дорогим частным активом. В конце 2025 года квартиру площадью 111 м² выставляли за 57,5–60 млн рублей — примерно 518–541 тысячу рублей за квадратный метр. Это цены предложения, а не подтверждённых сделок.