В фильме «Магазинные воришки всего мира» или «Покорители мира» (Shoplifters of the World, 2021) показан один день в американском Денвере 1987 года. Молодые поклонники The Smiths узнают, что их любимая группа распалась. Для взрослых вокруг это почти ничего не значит. Для них же происходит маленький конец света: исчезает группа, которая формулировала словами то, что они сами чувствовали, но не умели сказать.
Нечто похожее — только гораздо сильнее — произошло в СССР 15 августа 1990 года, когда стало известно о гибели Виктора Цоя.
Если лидеры Smiths реализовали успешные сольные карьеры и до сих пор собирают стадионы, то Виктор ушёл в 28 лет навсегда.
Мне было 16 лет, и этот день хорошо запомнился именно ощущением невероятности случившегося. Цой казался человеком, который просто не может погибнуть. «Кино» в тот момент было уже не просто популярной рок-группой. Его слушали повсеместно, кассеты переписывали друг у друга, песни играли под гитару, фотографии Цоя висели в комнатах.
Но главное было даже не в музыке.
«Кино» стало символом внутренней свободы и нежелания ходить строем. Причём Цой не произносил политических деклараций и не выступал в роли трибуна. В этом и состояла его сила. Он не объяснял слушателю, против кого надо бороться и какую программу поддерживать. Его герой просто хотел оставаться собой, самостоятельно выбирать путь и не принимать навязанные правила только потому, что «так положено».
Для советского подростка конца 1980-х это было гораздо сильнее, чем сегодня может показаться.
Мы выросли в обществе, где человека с детства встраивали в систему коллективных ритуалов: пионерская организация, комсомол, собрания, линейки, правильные ответы, правильные книги, правильные герои. К концу 1980-х эта система уже стремительно разрушалась, но её привычка требовать от человека соответствия никуда не исчезла.
И тут появлялся Цой. И другие герои, конечно: Майк Науменко, Борис Гребенщиков, Юрий Шевчук, Михаил Борзыкин…
Он выглядел совершенно иначе, говорил иначе и — самое важное — держался так, словно ему вообще не требовалось разрешение быть другим. Без показного эпатажа, без цирка, без стремления кого-то убедить. Эта спокойная независимость действовала сильнее любой агитации.
И трагедия произошла в символический момент.
До распада СССР оставалось шестнадцать месяцев. Берлинская стена уже пала. Восточная Европа менялась на глазах. Советская система рассыпалась, но никто ещё не понимал, чем всё закончится. Для шестнадцатилетних людей это вообще было время, когда одновременно рушился окружающий мир и начиналась собственная взрослая жизнь.
И вдруг 15 августа 1990 года Цоя не стало.
Фраза «Цой жив» означала больше, чем обычное нежелание поклонников принять смерть поэта. Она очень точно выражала отношение поколения к самому образу Цоя: погиб человек, но не исчезло то состояние внутренней независимости, которое он олицетворял.
И здесь возникает интересная параллель с The Smiths.
Для поклонников таких групп музыка является не развлечением и даже не просто частью вкуса. Она становится способом самоидентификации. Пока существует группа, где-то существуют люди, которые чувствуют мир примерно так же, как ты. Поэтому распад The Smiths для подростка в Денвере или смерть Цоя для подростка в СССР воспринимаются как личные потери.
Цою было 28 лет. Он не успел превратиться в почтенного ветерана сцены, начать повторять самого себя, сниматься в ностальгических телешоу или объяснять через тридцать лет, что он «на самом деле имел в виду». Его образ навсегда зафиксирован летом 1990 года.
Уже потом мы узнали, что «Кино» в том числе вдохновлялось The Smiths, где Джонни Марр создавал неповторимые гитарные рисунки. Тем же самым в «Кино» занимался Юрий Каспарян.
Это потом выяснится, что в 80-х мы с Цоем буквально ходили одними и теми же дорогами: по одним улицам, дворам, станциям метро.
Я часто бывал у его дома у Парка Победы (дом со шпилем на углу Московского и Бассейной). Там был фотомагазин, в который я ездил купить плёнку, фотобумагу и химикатов. Там была чебуречная, куда мы с друзьями заходили отведать чебуреков по 35 копеек после практики на фирме «Лето». Там я стоял в очереди за сигаретами, когда на излёте СССР и они тоже стали дефицитом, продаваемым по талонам. Там, наконец, находился СКК, в котором я увидел первые в своей жизни рок-концерты.
Школа № 507 на Фрунзе, 22; дом на Бассейной, 53, кинотеатры Московского района… Сегодня всё это выглядит как маршрут паломника, а тогда это были просто места, где мы, подростки, болтались после школы.
Другая часть карты — Купчино, где я жил. Потом выяснилось, что Цой постоянно бывал в Купчино у своих товарищей по «Кино». На Олеко Дундича, 10 жил Юрий Каспарян, и особенно часто Цой появлялся там в 1987 году. А на Будапештской, 74 жил барабанщик Георгий Гурьянов. Его квартира стала одним из неофициальных штабов группы: там «Кино» репетировало, обсуждало музыку, собиралось своей компанией.
То есть я буквально ходил одними улицами с легендами. Возможно, и видел худого парня с длинными волосами. А чуть позже парень оказался голосом целого поколения.
Друзья подарили реальную газету, которая вышла в день моего рождения — 23 января 1974 года. Там много интересного для параллелей и рефлексии. На первый раз остановлюсь на неподписанной заметке на 4-й полосе «Ленинградской правды» под названием «За кулисами радиостанции «Свобода».
Дудин
Меня заинтересовала личность Л. Дудина, который выступает под псевдонимом Николая Градобоева. «Биография этого «борца за свободу» началась с того, что он отправил на виселицу во время гитлеровской оккупации трёх советских патриотов», — сказано в заметке.
Решил проверить. Речь о Льве Владимировиче Дудине, который действительно был связан с немецкой оккупационной пропагандой, затем с власовской1 структурой, а после войны — с антисоветскими структурами в США и «Радио Свобода». Подтверждается, что Дудин был заведующим кафедрой иностранных языков Киевского университета, с сентября 1941 года остался в немецкой оккупации, редактировал газету «Последние новости», работал замглавреда «Новое украинское слово», в мае 1942 года уехал в Берлин, работал в немецкой пропагандистской организации, затем в КОНР2; после 1953 года был многолетним сотрудником и политическим комментатором «Свободы» и «Свободной Европы». Там же прямо указаны его псевдонимы: Николай Градобоев и Иван Смирнов.
Что же стоит за обвинением про виселицу? В советской книге «Радиовойна» приведены документы из архивов киевского гестапо3 и СД4. В них Дудин фигурирует как свидетель в деле вокруг редакции «Украинского слова»: он рассказывает о Рогаче, Олинеке и Чемеринском и заявляет, что направление газеты было «вредно для Германии»; протокол заканчивается фразой, что обвиняемые не доверяли ему, «считая его предателем». Далее приведены письма СД, где сказано, что Дудин «оказал СД большие услуги», а в другом письме — что он помогал, в том числе, «в деле Рогач и товарищей», после чего его рекомендовали для работы в германской пропаганде.
Но назвать этих людей «советскими патриотами» — явная натяжка. Речь о круге Ивана Рогача и других активистов ОУН(м) вокруг «Украинского слова». Это были украинские националисты и коллаборационисты раннего периода оккупации, которые затем вошли в конфликт с немецкой администрацией: по распоряжению оккупационных властей Украинский национальный совет был разогнан, а Багазий, Рогач и другие активисты ОУН(м) арестованы и расстреляны в феврале 1942 года.
То есть, видимо, Дудин способствовал расправе над другими коллаборационистами, а не патриотами СССР. Да и то не доказано, что эти три человека казнены именно из-за него. Приврали. У народа же не было интернета, не проверит.
Современные западные материалы не обеляют Дудина. В статье The New Journal на основе рассекреченных американских материалов говорится, что он остался в Киеве ждать немцев, служил им редактором оккупационной газеты, а в письме немецкого командования его характеризовали как сторонника безусловного признания германского господства над Украиной. Там же указано, что в США он писал как Николай Градобоев и стал сценаристом/ведущим Radio Liberty, связанной со структурами ЦРУ ранней холодной войны.
Жабинский, Павловский, Цвирко
Ещё цитата: «С немецко-фашистскими захватчиками сотрудничали также В. Жабинский (псевдонимы Панин, Рудольф и Юрасов), Л. Павловский (псевдонимы Пылаев, Шамров), В. Цвирко и многие другие сотрудники этого шпионского центра». Проверим.
1. Жабинский / Юрасов / Панин / Рудольф Это реальный человек: Владимир Иванович Жабинский, он же Владимир Юрасов; среди псевдонимов указываются С. Юрасов, Панин, «полковник Рудольф». Он действительно был многолетним сотрудником «Радио Свобода». Но обвинение в сотрудничестве с немцами по открытым биографическим данным не подтверждается. Наоборот, биография выглядит иначе: арест в 1938 году, Сегежлаг, побег во время эвакуации заключённых в 1941-м, затем в 1943–1946 годах — легализация в освобождённом Ростове, работа на оборонном заводе, аттестация инженер-майором и служба на 1-м Белорусском фронте; после войны — работа в Советской военной администрации в Германии, а уже в 1947 году бегство на Запад. Опять наврали. Бывает.
2. Павловский / Пылаев / Шамров Здесь основа обвинения гораздо крепче. Леонид Александрович Павловский, работавший диктором «Радио Свобода», действительно известен как Леонид Пылаев; также указываются псевдонимы Виталий Шамров и Иван Октябрёв.
После плена он в 1942 году записался в РОА, работал в пропагандистском отделе, участвовал в агитбригаде, с апреля 1943 года был в редакции газеты «Новый путь», а с февраля 1953-го работал на радио «Освобождение» / «Свобода». Отдельно подтверждается, что в 1943 году в оккупационной газете «Новый путь» публиковался автор «Виталий Шамров»; исследовательская литература связывает этот псевдоним с Пылаевым. Не наврали.
3. В. Цвирко / Сурко Здесь подтверждается идентификация: Владимир Цвирко, до эмиграции — Вадим Сурко. Он был сотрудником радио «Освобождение», а затем руководил белорусской службой «Радио Свобода» в 1962–1968 годах. По нему найден интересный, но другой сюжет: в 1953 году он фигурирует в проекте NIGHTWATCH, где группа студентов Лювенского университета должна была помогать вербовке и разведывательному использованию советских моряков, приходивших в порт Антверпена. Это уже связь с антисоветской разведывательной работой периода холодной войны, но не доказательство сотрудничества с немцами во время войны. В общем, снова наврали.
Солженицын
Газета вышла за 20 дней до знаменитого ареста Александра Солженицына 12 февраля 1974 года. После выхода «Архипелага Гулага» советская пропаганда объясняла его не как свидетельство о лагерях, а как часть западной антисоветской кампании.
КГБ доставил Солженицына в Лефортово, предъявил обвинение в измене по статье 64 УК РСФСР, а на следующий день его лишили гражданства и выслали в ФРГ.
Работа Солженицына была очень важна для разоблачения зверств сталинизма, однако он сам подставил себя под удар критиков, неаккуратно работая с цифрами.
Рой Медведев, критиковавший «Архипелаг ГУЛАГ», писал, что главные факты лагерного опыта в книге в основном верны, но из-за жанра «художественного исследования», устных рассказов и невозможности нормальной проверки ошибки были неизбежны.
1. Завышение числа высланных из Ленинграда после убийства Кирова. Солженицын, по пересказу Медведева, оценивал масштаб высылок 1934–1935 годов едва ли не как четверть населения Ленинграда, то есть сотни тысяч человек. Медведев считал, что речь шла о десятках тысяч, но не о четверти города с населением около 2 млн.
2. «15 миллионов» депортированных крестьян при коллективизации. Медведев прямо писал, что Солженицын преувеличивал число именно депортированных крестьян, называя 15 млн. При этом Медведев оговаривал: если считать не только депортации, но и умерших от голода 1932–1933 годов, общий масштаб жертв может быть сопоставимым или выше. Современная справка Nicolas Werth для Sciences Po даёт другую структуру: более 5 млн «раскулаченных» были экспроприированы или доведены до нищеты, но депортированы в 1930–1932 годах были около 2,3 млн человек.
3. Завышенные оценки численности лагерей. Солженицын использовал очень высокие оценки — в духе «до 15 млн» в лагерях — как политический вызов советской власти: мол, опубликуйте архивы и докажите меньшее. Историк Стивен Уиткрофт пишет, что это был скорее литературно-политический приём, а не социально-научная оценка. По архивным данным, на начало 1939 года в лагерях было около 1,3 млн заключённых, а суммарно с колониями, тюрьмами и спецпоселениями — около 2,7 млн; к 1953 году совокупная цифра заключённых, спецпоселенцев и ссыльных составляла около 5,35 млн. Это огромные масштабы, но не те цифры, которые закрепились в публицистике после «Архипелага».
4. Ошибка с Бухариным. Медведев указывал конкретную мелкую фактическую ошибку: Солженицын называл Бухарина членом Политбюро в 1936–1937 годах, тогда как тот уже не был членом Политбюро, а был только кандидатом в члены ЦК.
5. Ошибка в другую сторону: МГБ–МВД после смерти Сталина. Интересно, что Солженицын не всегда завышал. По Медведеву, он писал, что после смерти Сталина наказали около десяти сотрудников МГБ–МВД, тогда как на самом деле были заключены или расстреляны около сотни. То есть тут он, наоборот, занизил масштаб чистки внутри органов.
6. История с «Тихим Доном». Вне «Архипелага» хороший пример — поддержка версии, что Шолохов якобы присвоил «Тихий Дон» у Фёдора Крюкова. В 1974 году Солженицын написал предисловие к работе, где эта версия продвигалась. Позднее нашли рукописи первых книг «Тихого Дона», а стилометрические исследования показали, что текст близок к Шолохову и отличен от Крюкова. Это пример, где Солженицын придал авторитет сомнительной версии.
То есть Солженицын был силён как свидетель, писатель и моральный обвинитель системы, но как историк часто работал с неполной информацией, слухами, устными рассказами и публицистическим напором. Поэтому его лучше не цитировать по цифрам.
Женева и Хельсинки
В контексте Солженицына пишут о женевском совещании по безопасности и сотрудничеству в Европе. Мол, «с помощью книги «Архипелаг Гулаг» пытаются оказать на Советский Союз давление и затруднить процесс разрядки напряжённости в Европе».
Исторические это совещание привело к подписанию в Хельсинки акта по безопасности и сотрудничеству в Европе. 1 августа 1975 года это сделали 35 государств: СССР, США, Канада и почти все европейские страны, кроме Албании.
Суть Хельсинкского акта была в трёх больших блоках:
1. Безопасность в Европе. Государства признавали послевоенные границы, принцип нерушимости границ, территориальную целостность, невмешательство во внутренние дела. Для СССР это было крайне важно: Москва хотела международного закрепления итогов Второй мировой войны и признания границ в Восточной Европе.
2. Экономика, наука, техника, экология. Речь шла о сотрудничестве между Востоком и Западом: торговля, транспорт, технологии, контакты специалистов.
3. Гуманитарные права и контакты людей. Вот это оказалось самым взрывоопасным для СССР. В документе были зафиксированы уважение прав человека, свобода мысли, совести, религии, контакты между людьми, обмен информацией, воссоединение семей и т. п.
Парадокс: советское руководство считало Хельсинки дипломатической победой, потому что Запад фактически признал послевоенные границы в Европе. Но диссиденты и правозащитники быстро использовали третий пункт против коммунистов: раз вы подписали обязательства по правам человека, давайте их выполнять.
В связи с Солженицыным и «Архипелагом ГУЛАГ» логика советов была такая: Запад якобы использует тему репрессий и прав человека, чтобы давить на СССР во время переговоров о разрядке. Поэтому в пропаганде «Архипелаг», «Радио Свобода», ЦРУ и Хельсинкский процесс склеивались в одну картину «антисоветской диверсии».
Будет время, напишу и о других заметках из того номера «Ленинградской правды».
Андрей Андреевич Власов — советский генерал, который в 1942 году попал в немецкий плен и перешёл на сторону Третьего рейха. В советской историографии он стал главным символом военной измены; в эмигрантской антисоветской среде вокруг него позже возникла попытка представить «власовское движение» как антисталинскую «третью силу». Исторически, однако, его политический и военный проект существовал при поддержке и под контролем нацистской Германии. Родился в 1900 году. В Красной армии сделал успешную карьеру, участвовал в Гражданской войне, затем занимал командные должности. В начале Великой Отечественной войны считался способным военачальником: участвовал в обороне Киева и Москвы. Во время битвы за Москву командовал 20-й армией, что укрепило его репутацию. Весной 1942 года Власова направили командовать 2-й ударной армией Волховского фронта, которая пыталась прорвать блокаду Ленинграда. Операция закончилась окружением и фактическим уничтожением армии в районе Мясного Бора; летом 1942 года Власов был захвачен немцами. В мае 1945 года Власов был захвачен советскими силами. В 1946 году его и ряд руководителей КОНР/РОА судили в СССР и казнили. ↩︎
КОНР — Комитет освобождения народов России. Это политическая структура, созданная в ноябре 1944 года в Праге при поддержке нацистской Германии. Во главе КОНР стоял генерал Андрей Власов, бывший советский военачальник, попавший в немецкий плен и перешедший на сторону Германии. Формально КОНР заявлял, что борется не за Гитлера, а за «освобождение народов России от большевизма». В ноябре 1944 года был опубликован так называемый Пражский манифест КОНР: там говорилось о ликвидации сталинской системы, правах народов, частной собственности, свободе слова и так далее. На практике КОНР был поздним проектом нацистской Германии, когда война уже была почти проиграна. Немцы долго не хотели признавать русское антисоветское движение как самостоятельную силу, а разрешили Власову и его окружению оформить политический центр только в конце 1944 года. Военным крылом КОНР считалась РОА — Русская освободительная армия. Но тут есть важная путаница: термин «РОА» использовался и раньше как пропагандистский ярлык для разных восточных частей на немецкой службе, а полноценные власовские соединения под КОНР появились очень поздно, фактически в 1944–1945 годах. ↩︎
Гестапо — тайная государственная полиция нацистской Германии. Полное название: Geheime Staatspolizei. Создана в 1933 году после прихода Гитлера к власти и стала одним из главных инструментов террора внутри Германии и на оккупированных территориях. В 1939 году гестапо вошло в состав РСХА — Главного управления имперской безопасности. В той же системе находились СД и криминальная полиция. ↩︎
СД — Sicherheitsdienst, по-немецки «служба безопасности». Это была разведывательно-политическая структура СС, созданная как партийная спецслужба НСДАП. Её задачей были политическая разведка, слежка за противниками режима, сбор информации о настроениях в обществе, работа против эмигрантов, подполья, евреев, коммунистов, националистов и других групп, которых нацисты считали угрозой. ↩︎
С 7 до 19 лет я жил на улице Белградская, в петербургском районе Купчино, а с 19 до 28 лет — на улице Будапештская, в том же районе.
Еще у нас были Пражская, Бухарестская, Софийская. Не было Варшавской (она уже присутствовала с 1954 года в Московском районе) и Берлинской.
И мы не чувствовали существенной разницы между этими столицами. В моём детском понимании они были одинаково близки: дружеские страны, которые составляют один социалистический блок, и помогают противостоять враждебному Западу.
Такое впечатление нам пытались внедрить, умалчивая о неприятных для СССР событиях.
Начну с того, что Югославия не входила в военный блок Советского союза — Варшавский договор1. Главная причина — конфликт Иосипа Броза Тито и Иосифа Сталина в 1948 году. Югославский лидер отказался полностью подчиняться Москве: он хотел строить социализм самостоятельно, вести собственную внешнюю политику и контролировать Балканы без диктата СССР. За это Югославию исключили из Коминформа — фактически из советского политического лагеря.
Югославия оставалась коммунистической страной, но не копировала советскую модель полностью. Там развивали систему «самоуправления», где предприятия формально управлялись трудовыми коллективами.
После разрыва со Сталиным Югославия получала помощь от Запада, но в НАТО тоже не вступила. Позже она стала одним из лидеров Движения неприсоединения — вместе с Индией, Египтом, Индонезией и другими странами.
В Купчино сложные отношения выразились в том, что Белградской назвали улицу на самом отшибе, рядом с железной дорогой.
Во-вторых, социалистический мир разделился из-за ввода в августе 1968 года войск в Чехословакию для подавления Пражской весны. В операции участвовали не только советские войска, но и Польша, Венгрия, Болгария, ГДР (участвовала в подготовке и обеспечении, но входа частей не было, чтобы не вызывать ассоциации с немецкой оккупацией).
Бухарест и Белград резко осудили ввод войск. Николае Чаушеску 21 августа 1968 года выступил перед огромной толпой и назвал ввод войск в Чехословакию «большой ошибкой» и «серьёзной опасностью для мира в Европе и судьбы социализма».
Румыния при Чаушеску тоже проводила более самостоятельный курс, не всегда подчиняясь Москве. Поэтому ввод войск в Чехословакию выглядел для него как предупреждение: СССР может применить силу против любого «непослушного» союзника.
Чаушеску призвал народ быть готовым защищать страну. После этого в Румынии стали создавать вооружённые патриотические гвардии — на случай возможного вторжения.
О специфике румынского социализма я подробно рассказывал раньше.
Иосип Броз Тито воспринял ввод войск в Чехословакию в августе 1968 года как опасный прецедент: если СССР может силой остановить реформы в социалистической стране, то теоретически такое же давление могло быть применено и к Югославии.
Белград расценил операцию как нарушение суверенитета Чехословакии. Тито сочувствовал курсу Александра Дубчека и идее «социализма с человеческим лицом». Чехословацкие реформы были близки югославской модели: больше самостоятельности, меньше жёсткого советского контроля.
В-третьих, вполне возможна была бы в Купчино Тиранская улица — в честь столицы Албании. Но её не случилось из-за ещё одного конфликта. Албания при Энвере Ходже сначала была союзником СССР, но после десталинизации резко отвернулась от Москвы.
Албанское руководство считало Хрущёва предателем сталинской линии. В 1960-е годы Албания сблизилась с Китаем, а с СССР фактически разорвала отношения. После ввода войск в Чехословакию Албания окончательно вышла из Варшавского договора.
В-четвёртых, у СССР был опыт силового подавления восстания в Венгрии в 1956 году. Имре Надь попытался вывести страну из Варшавского договора и объявить нейтралитет. СССР ответил военным вмешательством, восстание было подавлено, а Надь позже казнён. Это был ранний пример того, что Москва готова терпеть ограниченные реформы, но не выход страны из блока.
После подавления восстания Венгрия осталась лояльной СССР, но при Яноше Кадаре там постепенно появился более мягкий режим — так называемый «гуляш-социализм».
В 1968 году Венгрия начала экономическую реформу — «новый экономический механизм». Он допускал больше хозяйственной самостоятельности предприятий, элементы рыночных стимулов и более высокий уровень потребления.
В «Варшавский договор» входили социалистические страны Восточной Европы под военным лидерством СССР. Участники: СССР, Польша, ГДР, Чехословакия, Венгрия, Румыния, Болгария, Албания (до 1968 года). Договор был создан в 1955 году как ответ на вступление ФРГ в НАТО. Формально это был «Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи», но по сути — военный блок СССР и его союзников. Не входили соцстраны: Югославия, Китай, Куба, Монголия, Вьетнам, Северная Корея. ↩︎
«Достал по блату» — хорошо помню эту фразу с 80-х.
Надо было иметь знакомых в разных местах, чтобы купить дефицитный товар при фиксированных ценах. Будь то техника, бананы или копчёная колбаса.
При рынке несоответствие спроса предложению решается повышением цены. При плановой экономике оно приводит к дефициту и решается блатом.
Теперь «блат» как явление уходит. Дефицита нет даже на то, что запрещено. Рынок решает. Но распространены кумовство и непотизм как его часть, что приводит к невозможности пробиться наверх способным людям из обычных семей. Воспользоваться, так сказать, социальным лифтом.
«Непотизм»1 — это продвижение родственников. Ключевой признак — семейная связь: сын, брат, племянник, жена, зять и так далее. Обычно слово употребляют в более официальном, политическом, корпоративном или академическом контексте.
«Кумовство» — это продвижение «своих людей» по личной близости. Не обязательно кровная родня: друзья семьи, крестные, давние знакомые, люди из одного круга. Это уже шире, чем непотизм. Если непотизм — частный случай favoritism по родству, то кумовство — favoritism по знакомству и принадлежности к «своим».
«Блат» — это ещё более широкое и бытовое понятие. Это использование связей, знакомств и неформальных договорённостей, чтобы что-то получить: работу, дефицитный товар, справку, услугу, поступление, ускорение вопроса. Тут может вообще не быть ни родства, ни особой дружбы — достаточно нужного человека и неформального канала.
Упрощу до предела:
«Непотизм» — «тащу родственника». «Кумовство» — «тащу своего человека». «Блат» — «решаю через связи».
Примеры:
«Директор взял на хорошую должность сына» — это непотизм. «Глава района расставил по постам друзей и знакомых» — это кумовство. «Человека устроили без очереди через знакомого» — это блат.
Если хотите, могу ещё показать разницу между ними и словами «протекция», «патронаж», «клиентелизм» и «коррупция».
«Непотизм» происходит от латинского nepos, nepotis — «племянник», «внук». Через итальянское nepotismo слово вошло в европейские языки как обозначение практики, когда папы римские и другие церковные иерархи продвигали своих «племянников» на должности и давали им привилегии.Исторически смысл был довольно буквальный: речь шла именно о родственниках, часто о племянниках. Потом значение расширилось, и теперь «непотизм» — это фаворитизм по родству вообще: когда своих родственников продвигают вне честной конкуренции. ↩︎
Сахар стоил 94 копейки за килограмм. На обычную зарплату можно было купить 137 килограмм. Если сравнить с 2026-м, то при обычной зарплате в 62 тысяч рублей килограмм сахара стоит 65 рублей, то есть на зарплату можно купить 953 килограмма. В 7 раз больше!
Но даже при такой высокой цене гнать спирт из сахара было выгодно. Из килограмма сахара получается 0,5 кг этилового спирта или 1,2 литра 40%-ного алкоголя. Грубо бутылка водки обходилась в 40 копеек, если не учитывать дрожжи и другие добавки, стоимость техники. При цене бутылки минимум в 4,7 рубля.
Почему же он мог казаться дорогим? Во-первых, потому что в СССР были сильно искажённые административные цены: они задавались не рынком, а государством. Исследование Владимира Бессонова («Проблемы анализа российской макроэкономической динамики переходного периода») указывает, что советские ценовые пропорции были «значительно искажены»; при этом продукты питания в целом были относительно дешёвыми, но внутри этой группы отдельные товары воспринимались по-разному на фоне сверхдешёвых позиций. Например, картофель стоил 14 коп. за кг, тогда как сахар-рафинад — 1,04 руб., то есть на фоне картошки сахар выглядел дорогим, хотя по сравнению с курицей за 1,9 руб. или «Докторской» за 2,9 руб. уже не выглядел чем-то запредельным.
Во-вторых, возможно, высокая цена сахара связана с тем, что дополнительно не хотели поощрять самогоноварение.
В-третьих, в позднем СССР официальная цена всё хуже отражала реальную доступность товара. Банк России в публикации архивов Госбанка СССР показывает, что в 1981–1985 годах прейскурантные цены выросли лишь на 5,1%, но средние цены фактических покупок — на 10,3%; более того, в 1983 году «видимая инфляция» оценивалась всего в 0,6%, но неудовлетворённый спрос — в 3,3%, а совокупный масштаб инфляционных процессов — в 3,9%. Иными словами, часть «дороговизны» была спрятана не в ценнике, а в дефиците, очередях и невозможности купить товар в нужный момент.
Так что сахар кажется дорогим на фоне нынешних цен и сверхдешёвых базовых продуктов в СССР.
