Интервью с основателем рекрутингого агентства Pruffi смотреть карьеристам и тем, кто рассчитывает на социальные сети в развитии своего бизнеса. Она в этом специалист.
В этом выпуске программы «Бизнес-секреты» Олег Тиньков беседует с Алёной Владимирской, основательницей рекрутингового агентства Pruffi и проекта «Антирабство». Собеседники обсуждают путь Алёны из найма в предпринимательство, специфику поиска персонала через социальные сети и современное состояние российского рынка труда. В ходе разговора поднимаются острые темы корпоративной этики, публичности бизнесменов, а также даются практические советы молодым специалистам о том, как строить карьеру в условиях технологической революции.
Олег Тиньков: Здравствуйте, у нас в гостях Алёна Владимирская. Здравствуй, Алёна. Алёна, как вы знаете, многие из вас, наверное, представляют компании Pruffi.ru. Занимается она набором персонала, поэтому бизнес-секреты сегодня будут рассказывать и говорить о предпринимательстве, о бизнесе и о том, как нанимать на работу и как работать. Алёна Владимировская. Алёна, расскажи про себя.
Алёна Владимирская: Старая, старая, старая черепаха. Я на самом деле занимаюсь рекрутингом больше 10 лет, а для интернета это очень много. Сейчас мы занимаемся рекрутингом не только в интернете, а в куче других отраслей. Не потому, что мы пошли в другие отрасли, а вот ты классический пример. Да, это история. Другие отрасли пришли в интернет, пришли банки, пришёл ритейл, пришло вот вот это вот всё. Но по образованию не поверишь, я балетный критик. Но это оказалось абсолютно ненужно. И вовремя профориентировалась.
Подписывайтесь на мой телеграм-канал Финсайд и потом не говорите, что вас не предупреждали: https://t.me/finside. Темы канала: экономика, инвестиции, финтех, банки. Автор: Олег Анисимов Также читайте книгу о том, как я погорел на стартапе.
Олег Тиньков: Почему не нужно? У нас с балетом, по-моему, всё хорошо.
Алёна Владимирская: Всё плохо. Знаешь, у нас каждый, потому что с балетом хорошо, у нас каждый балетный критик. Денег там нет. Ну денег нет. А знаешь, работа на 30.000 руб., когда тебе не 20, это, в общем, ну.
Олег Тиньков: В Нью-Йорке нужно критиковать, там в Карнеги Холле в каком-нибудь.
Алёна Владимирская: Слушай, там своих, знаешь, по критике балета. А, ну и чего? В общем, я ищу персонал. Второе, чем я занимаюсь. Я занимаюсь большой историей про антирабство. В чём суть? Это те люди, которые почему-то остались без работы. Кстати, таких сейчас очень много в банках. Антирабство, это большая история для соискателей. С одной стороны, это те люди, которые сейчас остались без работы и не умеют искать работу, а с другой стороны, те люди, у которых есть карьерный кризис, ну вот дошёл 40 лет, всё устал, был хорошим юристом, всё, больше не хочу. Вот мы, собственно, помогаем таким людям найти свой смысл в работе. Другой то, что ты рассказала, это midle life crisis, по-моему, называется.
Алёна Владимирская: Да, да, да, да, да. Но мы назвали красивое антирабство.
Олег Тиньков: Понял. Антирабство. Ты должна была рассказать про себя, но ты так всё-таки не очень рассказала, но я напомню нашим зрителям, что ты работала в mail.ru, по-моему, очень долго. Да. На зарплате.
Алёна Владимирская: Да. Ну что значит? Ну я работал много лет нами.
Олег Тиньков: А сейчас ты предприниматель. Вот ты расскажи, потому что наши основные зрители, они мечтают все сделать свой бизнес. Вот как ты на это решилась?
Алёна Владимирская: Не делайте, не делайте, не делайте. Если можете не делать, не делайте. Это ужас.
Олег Тиньков: Лучше работать?
Алёна Владимирская: Лучше в найме. Это гарантирование. Ну потому что.
Олег Тиньков: А почему ты решилась?
Алёна Владимирская: Ой, я это был кошмар. Слушай, я решалась четыре раза. Я четыре раза приходила к Кришне, говорила: Дима, я хочу, отпусти меня. У меня было единственное. Я ничего, как любой человек, который начинает делать свой бизнес первый раз, он ни фига в этом не понимает вообще ничего. И ему такому: Ну, ну это такой красивый мир, который вот я, я буду там на красивой машине вот это вот всё ездить. Вот мне было интересно проверить свой навык, а что называется в реальном бизнесе, потому что ты, когда работаешь внутри компании, ты в принципе востребован, ну, если ты не совсем дурак, ну, ты делаешь и делаешь, а насколько, ну, то есть проверяется навык только деньгами. Ну, то есть и ты это, мне кажется, отлично должен сказать. Если за тебя голосует юзер рублём, значит, твоя услуга востребована. Мне было интересно понять, насколько моя компетенция востребована на реальном рынке. Я приходила три раза. Три раза меня Дима уговаривал, да, мы решали, открывали какие-то новые интересные проекты. А на четвёртый раз он такой сказал очень очень правильную мысль про то, что слушай, я могу там купить, я могу оставить, но единственная потребность, которую я не могу изменить — это желание сделать своё. Иди делай. Если что, я всегда помогу ему. Он мне много помогал. Первый года. И если что, возвращайся обратно. 2 года меня, в общем, компания ждала обратно, но я уже не вернулась, потому что мне понравилось.
Олег Тиньков: Не тот человек уговаривал, на мой взгляд.
Алёна Владимирская: Да ладно, я очень люблю Диму. Я считаю Дима вообще одним из самых интересных руководителей. Почему? Потому что начиная спра не приходит, я его зову, а он обещает и не приходит. Это уже о нём неплохо.
Олег Тиньков: Я мщу, да. Ну, во-первых, я не особо мщу, потому что мы так дружим, в принципе, но я считаю, не тот уговаривал, потому что я не раскрою мысль. Тебя уговаривал, как ты сказал, руководитель такой же наёмник, да? Если бы тебя уговаривал Милнер, там Усманов или там представитель, владелец наперс там, да, то есть собственник, тогда, наверное, он бы нашёл, на мой взгляд, лучше и больше аргументы. Всё-таки при всём уважении к Дмитрию, он не является владельцем. Он является одним из владельцев.
Алёна Владимирская: Как? Ну, если сейчас посмотреть на собственность удимы, ну, собственно, ну, посмотри по далям. Вот это вообще.
Олег Тиньков: Сколько у него там далей?
Алёна Владимирская: Достаточно, спроси у него. Достаточно. Вот это.
Олег Тиньков: По моей информации он Ну, какие-то там опционны, наверное, получил. Ну, я не знаю. Ну, это как бы это нормально, но он не входит ни в число ни фаундеров, ни в число, так сказать, акционеров там по-серьёзному. Так, он всё-таки всё-таки он в строчке менеджмент, я думаю.
Алёна Владимирская: У нас с тобой разная информация. Ну, в общем, не оди Ну не оди собрались.
Олег Тиньков: Информа у меня информация из открытых источников. Хорошо, не один собрались. Так вот, а на самом деле, смотри, о том, что нужно собственнику уговаривать, вот от меня постоянно пытаются вот как и ты, уходить строить бизнесы, да? Ну, как постоянно, периодичности. Вот я се встречаюсь и пытаюсь их лечить. Тем более midle life crisis у меня у большинства топов тоже под подошёл. То есть я их когда нанимал, им было по 27, а сейчас им уже по 37, да, где-нибудь 35-37. И вот тоже с ними беседу у меня как получается всё-таки, да.
Алёна Владимирская: Слушай, ты их просто покупаешь там машинами, опционами, вот, ну прекрасно. Нет, это неплохо, но на самом деле любой лояльность любого человека можно купить. На самом деле и тебя можно купить. То есть это это вопрос предложения.
Олег Тиньков: Это вопрос не обязательно всегда только денег. Это вопрос Мо Может быть, ещё интересности задач. Вот. Ну, то есть сочетание денег, интересности задач любой человек покупает. Другой вопрос, что мог меня Дима купить? Да, конечно, мог.
Алёна Владимирская: Тебе не интересно, значит с А нет, ну мы ещё очень долго дружили, долго общались, сейчас уже меньше, но в общем, всё равно. А это был вопрос я как раз очень благодарна за то, что он отпустил, за то, что он дал попробовать, за то, что при этом он говорил: Я возьму тебя обратно, если что. И я попробовала. И на самом деле у меня-то как раз была такая история, что не могу не делать. Но это был край. И я понимала уже по возрасту по всему, либо сейчас, либо никогда.
Олег Тиньков: Угу. Ну, я взяла предло. Понятно. Ну, я опять же всё-таки закруглю свою мысль. Вопрос не в Диме, а вопрос к функции. На мой взгляд, менеджеру, руководителю SEO там или там, не знаю, генеральному директору всегда сложнее найти аргументы на удержание того или иного ключевого сотрудника, потому что уровень его мотивации намного ниже априори, чем уровень собственника. Поэтому в таких в ключевых ситуациях должен собственник уговаривать. Всё ж это моё мнение.
Алёна Владимирская: Да, по-разному. Безусловно, если мы говорим в целом, вот довольно много работаю с топами, и когда они хотят уходить, забут уговаривать. А, да, конечно, когда там тебя уговаривает первое лицо, ну и сложнее отказать чисто психологически.
Олег Тиньков: Привет. Уже слышали про Тиньков Platinum? Лимит до 300.000 руб. Беспроцентный период 55 дней. Бонусы за любые покупки. Заходи на tinkov.ru, оставь заявку и получи карту Тиньков Platinum уже завтра. Закажи карту на tinkov.ru. Чем пруфи отличается? Что это было?
Алёна Владимирская: Тем, что мы открыли первыми в России историю про хандинг через социальные сети в виде приложений, в виде рекомендаций, в виде просто паблишинга вакансии. Что было до нас? До нас, на самом деле, если даже кто-то как-то пытался хантить через социальные сети, это была такая история, тихо где-то публикуем вакансию. Первое, что я сделала? Я рассказала, что Хантер — это не великая миссия, это функция. Это это вообще, на самом деле, не самая интересная функция. То есть до меня было как был вот этот имидж вот этих великих хантеров, которые приезжали в дорогих костюмах, на дорогих машинах. Это всё окружено таинственностью. И только то, что ты имеешь визитку этого Хантера, тебе казалось, что вот сейчас это вот.
Олег Тиньков: Ну, это exкecutтив, наверное, всё-таки. А в массовом масштабе всё равно был хдхантер, так сказать, и так далее.
Подписывайтесь на мой телеграм-канал Финсайд и потом не говорите, что вас не предупреждали: https://t.me/finside. Темы канала: экономика, инвестиции, финтех, банки. Автор: Олег Анисимов Также читайте книгу о том, как я погорел на стартапе.
Алёна Владимирская: Да. Нет, а мы пошли, то есть я, например, первая стала публиковать вакансии открыто в фейсбуке с зарплатой 1,5 млн руб. в месяц меня сносило, то есть вот, ну просто сносило.
Олег Тиньков: Аккуратно, а то сейчас оператор убежит работать.
Алёна Владимирская: Ну оператор туда не пройдёт, там другие компетенции нужны. Вот понял 1,5 млн он раз, он уже бросил камеру, он убежал, он уже упал, да? А, ну так вот, это первое. Второе, мы научили людей, а, хантить друг друга. То есть, соответственно, вот наша система, что ты рекомендуешь человека и если он выходит на работу, ты получаешь за денеги, да, то, соответст Но у нас просто мы убрали весь кост на ресёч. У меня нет девочек ресёчера. Вот как в стандартном кадровом агентстве, потому что за нас это всё делаете вы, рекомендуя друг друга.
Олег Тиньков: Угу. Понятно. И сработала эта социальная модель?
Алёна Владимирская: Да, работает. То есть вы зарабатыва Вы прибыльные. Ну, прибыльные.
Олег Тиньков: Обороты говоришь какие у тебя?
Алёна Владимирская: Нет, не говорю сейчас.
Олег Тиньков: И прибыль не говоришь.
Алёна Владимирская: Вы сейчас не говорю. Ну, одно время говорила, потом акционеры запретили. А кто акционеры? У тебя партнёры есть. Алмаз. Алмаз. Басов. Алмаз. Это Что? Фон. Да, это фонд. Фон.
Олег Тиньков: А Басов — это?
Алёна Владимирская: Басов, который сейчас Ростелеком, а раньше бегун.
Олег Тиньков: А какая ваша цель? Вы же хотите публичную компанию построить или что вы там или что? Или продать кому-то?
Алёна Владимирская: Ну смотри, да, конечно.
Олег Тиньков: А кто может купить хантер?
Алёна Владимирская: Ой, не, ну смотри, а есть два типа покупателей. Первое, покупатели — это приходят большие кадровые агентства, в основном нероссийские, которым нужна российская территория. Ну то есть покупают как филиал. Фактически это мне не очень интересно, потому что этот фактически ты уходишь в на в ещё хуже уходишь. Ну, то есть просто руководителем филиала. Это первая история. Вторая, периодически приходят разные порталы, рекрутинговые и неретинговые. Купить тоже как функцию. Пока того, о чём я мечтаю, того не случилось. Мне бы хотелось, чтобы меня купил LinkedIn. Вот это вот классически. Я знаю, зачем, чего я хочу.
Олег Тиньков: Угу. А LinkedIn в России популярен? Он конкурент?
Алёна Владимирская: Он нет, он не популярен. И на самом деле это лучшее, что для меня может быть, поскольку поско он не популярен, а ему надо развивать. Он популярен в очень узком сегменте. Если ты хочешь работать международной компании, то тогда ты в России пользуешься активно линктеном.
Олег Тиньков: А хантер — это конкурент?
Алёна Владимирская: Нет, тоже. Почему? Большой. Ну нет, смотри. Ну потому что у нас все клиенты, которые есть, они не выбирают вариант или Хотхаunter или мы. У они работают на расширение. Это могут быть разные вакансии. Это может быть одна и та же вакансия. Так не закрывается, так закрывается. Как быстрее закрыть? То есть на самом деле там настолько большой рынок был до последнего года. Ну до кризиса, что в общем не конкурентно.
Олег Тиньков: Авито работа. Вот это сейчас много таких?
Алёна Владимирская: Она совсем для она очень опасна рекрутинговым проектом, прежде всего работе.ru. Ну дико опасно. Но мне она, в общем, вообще не конкурент. Это вообще наш клиент, потому что а ну это для синих воротничков совсем. Их нет в Фейсбуке, их нет ВКонтакте, где мы в основном работаем.
Олег Тиньков: А, я понял. Вы вот куда вы больше в Executives, да, что ли?
Алёна Владимирская: Да, да, такой midл. Не совсем.
Олег Тиньков: А, ну, например, вот взять наш банк. Сейчас у нас 150 разработчиков только мы ищем. Там всего понятно. Вот мы там архитекторов скала в основном Java там, ну, естественно, Android, АOS, там тестировщиков, разработчиков, архитекторов, там, чёрто вступи. Вот, например, через тебя мы берём или не берём клиентов? Мы работаем со мной.
Алёна Владимирская: Да, вы работали со мной. Вы работали со мной. Потом у вас что-то было там с службой персонала. Вы сейчас со мной не работаете, но вы работали со мной. Мы вам за.
Олег Тиньков: Со службой персонала могу сказать. У нас Таня Кузнецова со мной пришла в 2006 году. То есть она она так и работает, вроде. Девочки так. Полициям вроде те же самые плюс-минус.
Алёна Владимирская: Ну знаю, короче, я не знаю там, слушай, я не знаю, в чём там суть проблемы. Вы работали, сейчас не работали. Ну могу подвести по блату ещё.
Олег Тиньков: Да нет, я по блату. Мне всегда, кстати, я знаешь, в этом смысле очень такой, а я считаю, что главное, я думаю, как и ты, я никогда никого не уговариваю с собой работать. То есть человек должен прийти, и он должен понимать, он должен хотеть. Тогда получается, а вот вариант вот возьмите ещё одно агентство, вот как-то так. Ну, к счастью, могу себе позволить этого не делать.
Алёна Владимирская: А почему ты считаешь, что я не уговариваю? Ты так сказал, как и ты. Я иногда уговариваю кого-нибудь хорошего. Мо иногда мы всех уговариваем, но в общем я не очень люблю это делать.
Олег Тиньков: Вот уговаривает Дмитрия Гришина, ещё раз вспомним, прийти в бизнес-секреты. Дима, ну же приди. Весь эфир мы говорим не обо мне, а о тебе. Приди, пожалуста.
Подписывайтесь на мой телеграм-канал Финсайд и потом не говорите, что вас не предупреждали: https://t.me/finside. Темы канала: экономика, инвестиции, финтех, банки. Автор: Олег Анисимов Также читайте книгу о том, как я погорел на стартапе.
Алёна Владимирская: Да, приди уже. Материализуйся уже здесь. Дадада.
Олег Тиньков: Вот это во-первых. А во-вторых, ну там хороших людей могу поуговаривать. Хотя, конечно, в рекрутинговом процессе участвую последнее время сам совсем мало. Вот. А что не есть хорошо? Кстати, это нехорошо. Как я и сказал, как ни странно, самая большая больная тема у нас в банке — это мой персональный ассистент.
Алёна Владимирская: Верю. Вот ничего странного в этом не вижу. Верю.
Олег Тиньков: Ну, у меня там чере череда таких там несчастный случай там и так далее. Мне мне просто не везёт, понимаешь, с этим. Вот. А так вообще я гордо могу сказать, и ты как чарщик это подтвердишь. А мы банк основали в шестом году, я основался, хочешь? Вот, соответственно, 10 лет, за 10 лет и топ-20 у нас ушло три человека. Один вернулся только что. Георгий Чесаков недавно, причём вернулся в высок оппозиции, был президентом УТП. То есть два ушло за из двадцати за 10 лет. Это, я считаю, очень круто.
Алёна Владимирская: У тебя вообще текучка очень маленькая. Ну, если не брать вот совсем вот этот низовой уровень, ну, вот эти кол-центры, продажи, вот эти вот низовые, ну, понятно, а в остальном у тебя, конечно, маленькая цечка, она значительно ниже, чем в большинстве ну таких банковских компаний.
Олег Тиньков: Банковских, а не банковских. Мне важно бенчмарк всё-таки не банки, а вот как раз Яндекс Mail простроить тебя. А на самом деле, ну, в Яндексе последнее время тут Много уходило людей. Это было связано с внутренними процессами. Интересно с банками конкурировать. Кому это интересно? Мейле текучка значительно меньше, чем у тебя всё равно.
Олег Тиньков: Ну, это хорошо. Значит, нам есть куда, так сказать, стремиться и куда бороться. Текучка. Вот. А вообще, как ты считаешь, на рынке, потому что ты на ту на той стороне, а используем тебя в служебном положении, будучи в этом офисе, как Тиньков воспринимается как работодатель?
Алёна Владимирская: Хорошо, всё лучше и лучше. Одно время Чале ты воспринимался. Ну ты как банк воспринимался плохо. Ну хорошо, потому что не хорошо было интересно. Потом одно верил. Ненене, сначала как раз было интересно, непонятная какая-то штуковина, типа сходим, потом какое-то время ты воспринимался плохо. Ну это было связано там с кучей всяческих вещей, которые у тебя внутри шли там публичные. А сейчас ты снова воспринимаешься хорошо. Ну почему? Ну по нескольким причинам, да? Ну давай честно я буду говорить. А люди действительно те, которые внешне они не боятся работать с тобой. А тут масса причин. И твоя странная публичность. И, конечно, вот последняя эта история с девочкой, она, конечно, тоже очень сильно под, ну, там тебя подкосила.
Олег Тиньков: Да. Я хочу, чтобы пользуюсь случаем объясниться, потому что девочка вот сидит, на неё уже камеру навести, а мы с девочкой шутили. Здесь просто мы не стали объяснять, потому что мы думаем, если мы будем оправдываться, то, возможно, всякие бывают ошибки, потому что пиар и троллинг мы хотели и раскручивали Теньков гёл. И как бы мы там Мы с ней сидели рядом, говорю: Давай приколимся. Она говорит: Давай. Мы смеялись, это делали. Потом это всё пошло такое. Нам пришлось это удалить и поменять. Поверь мне, что когда ты, как и любой артист и художник, когда ты А реклама и маркетинг — это творчество, ну, из десяти вещей одна не работает. Но это немножко не удалось. Непонятно, почему-то лента зацепилась. Это сразу же перепечатало ночью. Это получило резонанс. На самом деле яйца выеденного не стоит. Мы с Викой просто сидели вместе и шутили. И это вылилось в другую сторону.
Алёна Владимирская: Там был твой твит ужасный. Мой твит. Я вообще на твиттере не пишу уже несколько месяцев. Не твит, а Instagram.
Олег Тиньков: Ну да, Instagram. Он был, ну как он был ужасный. Мы просто прикалываемся. Я, конечно, смайлики забыл просто. Наверное, что меня погубило. Мы забыли поставить смайлики. Это я сейчас, понимае, торопился с короной сидит, говорю: Давай замочим, давай тебя дуры туда. А давай, давай. Мы сидели с ней вместе, ржали. Потом я уехал в бассейн плавать. И когда я вынырнул, через там 2 часа я плаваю, мне звонят, говорят: Олег, убери, потому что это такой скандал, лента перепечатала. А потом я сам читаю и понимаю, что для человека который не в теме. Для него и нету смайликов. Это показалось действительно странным. Да.
Алёна Владимирская: Пьём. А пьём. Пьём. Что? Ну когда такие инстаграмы делаем, пьём или на трезвую? Сдела.
Олег Тиньков: Я тебе сказал, я после этого поехал в бассейн. В Если есть люди, которые пьяные плавают в бассейне, то мне их искренне жаль. Я занимаюсь спортом вечерами. Вот мы, кстати, с Викой это на йогу. Ну там не только у нас тут коллектив внизу. Мы тут нас просто 15 человек на йогу. У меня день йога, день плавания.
Алёна Владимирская: Хорошо, тогда расскажи, как ты перед Викой извинялся.
Олег Тиньков: А я перед ней никак не извинялся. Ну вот это очень Потому что это была внутренняя отлично. Хорошо. А вот вот когда Ну Вика же тоже не ожидала, очевидно, такого резонанса.
Алёна Владимирская: Ну да.
Олег Тиньков: Ну извинялся как-нибудь?
Алёна Владимирская: Ну как-то сказал: Ты понимаешь, как получилось? Извини, туда-сюда, там она говорит: Да я всё понимаю, вон она сидит. Ну вот сейчас подойдём, ты у неё может спросить. Да ладно, что я буду, я тебе какое основание мне тебе тебе не верить?
Олег Тиньков: Ну ну вот это первый раз эксклюзивно я оправдался, потому что я специально не стал нигде это оправдываться, потому что мне это бессмысленно. Это ещё больше будет там разбирательств, что он действительно что-то сказал там и так далее. Потому что я считаю, люди судят в меру своей испорченности. Если есть люди, которые считают, что я могу в своих сотрудников, если такие есть, подходить вот так девушек называть: Ты дура там тупая давалка или ещё что-то. То, естественно, мне такие сотрудники даром не нужны. В этом смысле я с тобой солидаризируюсь. Мне, если они меня так видят, я понимаю, что они так видят многих предпринимателей, российских бизнесменов и так далее, но если они меня так видят, что я себе могу такое позволить, они они в принципе не мо там Смайликов не было. Это была шутка неудачная. Почему? Потому что не были поставлены смайлики. Потому что в реальности я этого не позволил.
Алёна Владимирская: Вот пообещай мне сейчас, что вот ты вот в ближайшее время купишь очень большой-большой букет цветов и подаришь Вике. Даря этот букет цветов, ты даришь его не не просто Вике, а даришь всем девочкам.
Олег Тиньков: Я подарил всем девочкам, это было 6 марта, а 7 марта. Я подарил всем девочкам букет, включая Викуп. Это не волнуйся. Завику это другое. Я всем подарил букеты.
Алёна Владимирская: Не подаришь?
Олег Тиньков: Я ей уже подарил.
Алёна Владимирская: Это другое. Букет на 8 марта — это не букет. Извинения. Будем считать, что я уже подарил. Вот. А, ну, всё-таки на вопрос ты там говорила про какие-то странные вещи одно время, да, вот закончивший фраз.
Алёна Владимирская: Ну вот смотри, было одно время, то есть на самом деле люди действительно довольно, а, сложно реагировали. Я уже там не помню, какие были, ну, там чего-то у вас было там с с финансовой отчётность, что-то там с биржей, не с биржей, я уже не помню. Ну, то есть люди перестали. Ну, ложка нашлась, осадочек осталась. Ложку никто не крал. Ну, это всё. Ну, не суть. Я правда не помню, что-то было. Относится как работодателю. Это правда, это связано с двумя вещами. С тем, что ты растёшь. Это во-первых. Во-вторых, что сам по себе сегмент люди постепенно понимают, что ты вот есть эта история про профессии будущего. То есть что вот этот вот классический банкинг, он всё равно будет, ну, если не умирать, то виды изменяться. А ты придумал, ну, по крайней мере, ну, принёс страну вот эту модель банка будущего. И всем хочется, конечно, работать в будущем, никому не хочется работать в прошлом. Поэтому сейчас себя воспринимают как работодатель очень хорошо. Ну, но лично тебя как вот э скажем так возможного руководителя очень опасается.
Олег Тиньков: Ну, это нормально. Во-первых, во-первых, я не хочу это оправдываться. Действительно, требования у нас высокие в банке, в организации. Вот это во-первых. Во-вторых, э, и действительно проще работать в кабинетике, где-то закрыться там в каком-нибудь Госбанке. Никто тебя не трогает. И слава богу, а тут есть спрос, и тут я могу подойти спросить. И мои, так сказать, партнёры. Что воняешь много?
Алёна Владимирская: Я лично Нет, ну как компания. Вот не текучка, что люди сами уходят.
Олег Тиньков: Нет, мне кажется, очень мало. Вот из кого я знаю, а я всё-таки реально контактирую, скажем, 100-50, ну, может, 70 человек за последние годы, но я помню два-три кейса. Угу. А вот это всё, ну, я там не берусь, может быть, в данный момент мы говорим, а вот там где-то в конце того офиса какого-то человека ули, ну, с кем я общаюсь, оче, скажем, очень редко. Я лично вообще не помню, когда я вонял.
Алёна Владимирская: Слушай, а вот эту Спасибо за совершенно замечательную историю с мотивацией, с тем, что ты сейчас отдаёшь часть акций, да, и вот с теми машинами это лично придумал?
Олег Тиньков: Ну, с машинами я я их и подарил. Ты их не банк дарил. Это твой твой личный, да, подарок?
Алёна Владимирская: Я вообще достал деньги из кармана, оплатил, купить купил шесть BMW и раздал людям. Шесть или восемь шников. Во, восемь. Восемь BMW раздал людям. И вот сидит оператор рядом, не даст соврать совершенно случайным людям от моей ассистентки, которая была. Смысл случайно? А ты по топ-менеджмент.
Олег Тиньков: А, ну не в смысле случайно ты их раздавала, а в смысле не топ-менеджмент. Ну случайно, в смысле это не там не было, что это вот какие-то значимые мои люди или топ-менеджмент. Это был и так сказать, кстати, это вот коллега Андрея оператор, наш дизайнер, например, который проработал со мной ещё работал в компании Тиньков пива, который проработал 10 лет. Там скорее лояльность и такая моя секретарь Саша, которая сейчас в расчётах давно работает и так далее. То есть это были люди вот из разных разных секторов и которые это было бы Это разговор про лояльность. И это моё личное. Это вот это это не бонус от банка. Это я лично подарил тем, кто давно со мной лично работает и с которым я разговариваю иногда в коридорах не только про бизнес, но и про какие-то личные вещи. Это была личностная история. Что касается бонуса, это всё-таки решение, так сказать, более широкого. У меня 52%, у меня есть ещё миноритарный акционер. Это Goldman Сакс, это Восток Нафта, а это Майкл Калвий с Берингом. Мы вместе решили примировать наших топ 50 человек. И мы, да, перед Апио им 3% подарили. Они там в IPO продавали, кстати, миллионы там долларов получили. Некоторые там даже и десятки миллионов, не буду скрывать.
Алёна Владимирская: Вот. А соответственно и сейчас они получили четыре того. 7% я по сути подарил, отдал менеджмент. Это реально. Ну и естественно Яндекс это делал. Немного в России этих компаний это делал. Это делал Mail, наверное. Ну, ну, видишь, Mail.
Олег Тиньков: Нет, не наверно, а точно.
Алёна Владимирская: Ещё раз говорю, он менее это вот публично. Яндекс все знают, что там есть были опционы, раздарили менеджменту. Вот про Mail я как-то у меня вот не сидит.
Олег Тиньков: Не, ну просто ты не в отрасли, отрасли. Я, да, я не отрасли, и когда я читаю там принадлежит там условно наперсу, Усманову столько, афлот столько там менеджмент строки нет. У меня в строке менеджмент 7%. Всё, дан дел это. И это действительно они получили со страйком ноль. То есть они за это ничего не платили. Угу. Сегодня, да, даже по сегодняшней бирже это стоит 35-40 млн долларов деньги, понимаешь, как бы там чтони говорили. Поэтому я это, так сказать, сделал. А вторая часть была менее эмоциональная, она была более рациональная, потому что, естественно, это, так сказать, rettion, как говорят. А в Америке это, конечно, один из инструментов удержания. Угу. Вот. И я очень рекомендую всем собственникам в России, а даже маленьких компаний, конечно же, делиться акциями с ключевыми сотрудниками, потому что, ну, так, так заведено, так мир устроен. Наш мир он неправильный, когда у Дерипаски 100% там заводов пароходов, у Потанина 100 и так далее. То есть, вообще-то, таких крупных собственников в мире не бывает. То есть все акции распылены, ну, понятно, их капитализму там сильно больше времени, но ты не можешь все придумать, что влетаешь в США там или куда там в команде Алко вот пример Дерипаский, но она не может одному человеку принадлежать, как у нас. Она принадлежит просто там десяткам тысячам.
Алёна Владимирская: Если вот нам будет столько лет и возникнет преемственность. Хорошо. А где этот Дерипаска, Патанин? Иже с ними раздают эти акции. Они их ничего не раздают. Они на них как сидят, так и сидят. Понимае.
Олег Тиньков: Вот точно я не буду защитником Дерипаска Патанино и я просто рассказываю, потому что они же не не делают. Ну они дают там своему гендиректору, он дал 1% и своему там заму гендиректору ещё полпроцента, типа такого. Ну там же нет каких-то массовых эмиссий, даже если это публичная компания, например, как какой-нибудь Северсталь. Северсталь публичная компания, но я не вижу, чтобы Мордашов там делал какие-то массовые какие-то, так сказать, а инценентив программы для менеджмента. Ну, наверное, опять же, дел какие-то, но каких-то вот таких масштабных нету. А в мире это нигде так не придумано, везде делятся. Пра и ничто так лучше не мотивирует и не помогает людям начать на это смотреть, на свою работу, как на бизнес. Вот ничего он так не помогает. Слушай, а вот скажи, вот ты 150 человек говоришь, ищешь, да? Да. А какие они, те люди, которые у тебя должны работать? Потому что меня, в общем, читают, наверное, все разработчики России, поэтому давай.
Олег Тиньков: Ну какие люди? Ты, у нас это формат поменялся, но ничего страшного, я готов отвечать. Тем более ты на своём Фейсбуке это видео, надеюсь, продублируешь. Они говорит: Разработчики очень, очень просто. Мы ищем всё-таки как, ну, как и все, все мы ищем одних и тех же инициативных, незабитых, потому что я верю в то, что я построил, если хотите здесь маленькую Америку. Почему Теньков это имел все банки? Мы не банк давно, мы Теньков.ru. Потому что ты видишь, здесь есть свобода, свобода самовыражение, свобода поведения. То есть никто тебя не накажет, если ты там, так сказать, что-то не то сделал, ошибся. Иль правда не накажет. Ты не уволишь.
Алёна Владимирская: Слушай, у нас только что это Рви там был скандал, там нечаянно людям ночью зачислили несколько там полмиллиарда рублей. Там просто программа программера, кодер один, тестасировщик не заметил. И ночью мы нашарашили денег, был тут небольшой такой микроскандал. Вот. И там, сказать, Ну как бы он исправи, ну ничего, мы исправили, деньги вернули, и никто никого не наказал, потому что, ну, бывает. Стасировщик переработал, ошибся. То есть его никто не уволил. Вот он сидит там, он обижен, не обиженный, а как-то побитый судьбой, но он сидит. То есть у нас здесь свобода. И это очевидно, почему Америка недостижима сегодня с точки зрения бизнеса и экономики. Потому что там абсолютные свободы. И эти свободы, они помогают реализации, потому что из-под палки никогда с человека ты не вытнешь его 100%. Только когда ты даёшь совершенную свободу, свободу самореализации работ, тогда он работает на 100%. Там, например, вот хантит, на них все смотря смотрят сейчас девочки, которые там странные тоже, всё время смотрят бизнес-секрет, говорят: Там у вас тёлки сидят всё время ВКонтакте и в Фейсбуке взади ничего не делают. Так это это вот, кстати, девочки известные все они работают в соцсетях, да, и их постоянно хантят. Считаю: У вас самые лучшие там типа тырыпыры, растопыры на рынке и люди в соцсетях. А вопрос в том, что они человек место. Вот мне Миша Фридман здесь сидел, рекомендовал книгу Человек-место.
Олег Тиньков: Угу. Им им дана такая возможность так работать. Букетик нарисовать вместо, а, так сказать, поцелуйчик послать, что-то написать такое. Им так позволено. Они крутые, очень крутые, но они ещё и в правильном месте. То есть не в правильном месте цветок зацветёт, потому что если их посадить их двух девочек сейчас перенести, так бам, а в Сбербанк это будет уже другое. Они сраз они начнут вянуть. А если там ещё какой-нибудь там говнобанк, они вообще там сдохнут. То есть ещё и бытиё определяет сознание, понимаешь? Они крутые, но они в правильном месте. Им им разрешено делать то, что в других организациях им не будет решено. Им не нужно прибежать к юристу, написать, спросить: А могу ли я так написать? Олег, а могу ли я вот так ответить? Да. То есть у нас здесь свобода. Свобода. Естественно, мы ещё не пришли к тому, к чему пришёл Google и Яндекс. И мы к этому идём в се переездом в наш новый большой офис.
Алёна Владимирская: А куда вы переезжаете?
Олег Тиньков: А вот напротив мы купили четыре этажа. Сейчас у нас один этаж 3.000 м, а там у нас будет 12.000. Мы растём. Угу. И, конечно, мы, наверное, придём и к свободному рабочему графику, но для разработчиков тоже, потому что, конечно, с 10 до семи, а набирать кадры сложнее, чем набирать кадры, где в Яндексе придика когда ты хочешь, да, и мы к этому приходим. И разрабы, приходите к нам, так сказать, у нас тоже будет свободный график. Куда нам деваться? Мы же на рынке, мы должны конкурировать, и мы должны отвечать и Воложу, и Гришину, так офнтересно. Мы мы ищем очень много сейчас технологов, вебна вебаналитиков и веб-дизайнеров. Такие наши больные темы. Ну и, конечно, это Скала, Java и Android. Это вот такие больные темы. А так мы вообще всё ищем. А это больные темы. А Data Science.
Алёна Владимирская: Data Science. С мы не столько ищем, сколько у нас очень хорошо всё. Не хочу сильно хвалиться, но мы сильно далеко от от всех наших конкурентов в этой области. Мы по Бигдата там, ну нас Сберхантит. Сбер технологий достал. Он меня аж трёх схантил. Вот. Но больше уже некуда ему, потому что остальные точно уже не схантятся. Вот. Не, у нас тут всё хорошо. Плюс я считаю, эту функцию нужно растить внутри, потому что она тяжёлая. Она Я синьков Digital, когда игрался, я тут это понял. То есть, ну, я сам отчасти вот этими руками, так сказать, инфляцию в этой области сделал. Я её начинал. Сейчас она это просто очень гиперинфлированная область. Там там смысла нету хантить, потому что там просто дико дикие деньги, потому что Бигдата и всё. То есть слово Бигдата цена сразу в два раза больше там. А что он Бигдата ещё никто не знает. И вообще, что такое Бигдатаци.
Олег Тиньков: Ну да. То есть Бигдата всё круто, понимаешь. Так что вот таких людей мы ищем и приглашаем и а понимаем наши минусы по сравнению с банками заки конкурент. Поешь там даже никто не будет сравнивать нас там и банк. Ну это смешно, да. Слушай, а сколько лет надо у вас отработать, чтобы машину получить от тебя? Ну, я тебе расскажу один случай. Девочка, вчера с ней, я со всеми пятидесятью беседовал. Вчера беседую с девочкой, она работает в рисках. Я с ней разговариваю, я говорю: Слушай, а вот ты стала моим партнёром, так круто всё. Так. Она говорит Я говорю: А почему ты вот к нам пришла? Она говорит: А когда ты выступал в МГУ, ты написал на доске на кафедре Колмогорова: Я куплю ваши мозги дорого. А типа наука — это не секси, это не круто, а круто продать свои мозги.
Алёна Владимирская: Он говорит: Мне это зацепило и всё. Я говорю: Подожди, так это же я вот выступал когда там четыре. Она говорит: Это было 5 лет назад, я была на третьем курсе. Угу. То есть, представляешь, она уже получила акции, она мой партнёр, а она 5 лет назад была на третьем курсе Мехмата МГУ. Хорошо. О’кей. Так, что она сделала? Почему из всех прочих равных она получила, а кто-то, ну, вот вот, честно, я не знаю, потому что там сказать, эта задача была Оливера и а наших там замов первых двух, они мне принесли список, я его просто сказал: О’кей. То есть я не я не выл вычёр вырвал Вава. Зачем я буду Аню или Петю выбирать? Они сказали Аня. Ну, значит, Аня.
Олег Тиньков: НК Black вы получаете лучший в России мобильный банк. С ним вы можете оплачивать покупки одним касанием смартфона, даже если оставили карту дома. Теньков Банк- первый в России банк с NFC платежами, полностью сертифицированными Mastercard. Всё-таки формат я задаю вопросы. Мой следующий вопрос. Много мифов существует. Ну вот там про мою публичность а или там вот я тебе кейс рассказал, как как всё это формируется. Зачем какой-то Олега Тиньков, какой-то бизнесмен, да, на на мой взгляд, я на себя реально смотрю, средние руки российские ночью где-то в твиттере что-то написал в Инстаграме. И зачем это на ленту выносить? Провер это полный бред. Как это тема? Это тема про девочек. Это тема про то, что про публичное унижение.
Алёна Владимирская: Угу. работе. Это всегда очень действительно горячая тема. И а в чём её горячесть? Для феминисток, наверное, какая-то горячая. Да нет, почему на самом деле, ну действительно, унижать людей нельзя. Унижать на работе нельзя вдвойне. Ну на самом деле, а женщин в тройне. А женщин втройне. А ты от женщин евреек в четверне, от женщин евреек негров в пятерне.
Олег Тиньков: Ну хорошо, евреек. Ну о’кей, хорошо. Ладно, ты тебе виднее, ты в этом больше спец. Ну вот и соответственно ты собрал все вот эти рэперные точки
